Национальность, как идеология будущего: что ее ждёт?

На другом нашем канале возник животрепещущий вопрос, который хотелось бы разобрать:

Вы, наверное, недавно на канале. Веры в светлое будущее у меня нет: я довольно пессимистична относительно будущего цивилизации.

Но локально оптимистична, ибо считаю, что хотя условный максимум текущей цивилизации и довольно уныл, но он еще не достигнут и Россия сыграет значимую роль к тому, чтобы к нему приблизиться.

Иными словами, солнце ярко сиять не будет, но некоторое посветление предвидится.

Что касается стремления к отождествлению, то оно не повальное: некоторым людям оно только мешает. Но это абсолютное меньшинство и его можно не учитывать.

Важнее другое: у склонных к отождествлению это свойство может колебаться в очень широких пределах и проходить по разным линиям.

Например, люди могут объединяться на основе, нации, религии, интересов, деятельности – чего угодно. При этом, объединяясь на основе, скажем, религии, кто-то придерживается жесткой и очень четкой позиции.

В этих случаях условный православный четко отделяет себя не только от католиков и протестантов, но и даже от представителей дохалкидонских православных церквей.

Но есть и такие, кто расширяет спектр «своих» и видит оных среди всех христиан. А некоторые – среди верующих всех религий вообще. И так далее.

Отгадайте, какая стратегия победит?

Приведу пример из недавнего прошлого. Россия издавна многонациональна и многоконфессиональна. Однако еще недавно имела место взаимная религиозная настороженность, регулярно переходя во взаимную неприязнь.

Такая вот была борьба противоположностей: интернационализм против религиозного изоляционизма.

Ну и что победило?

Теперь сплошь и рядом можно услышать слова в стиле:

А ведь когда-то выйти замуж за иноверца было сродни преступлению. Да и часто таковым и считалось, что подтверждает дореволюционный свод законов.

Отождествляться можно по-разному. Я вот со своим благоверным отождествляюсь, а вместе мы – с некоторыми другими общностями.

Поэтому сама эта склонность мало о чем говорит, а ее исторические трансформации указывают на одну закономерность: побеждают те, кто настроен на расширение границ, диалог, взаимные компромиссы, сотрудничество и объединение.

Инициатор же очередного «крестового похода» обречен в лучшем случае на тактический успех. Стратегически его ждёт проигрыш.

Что до национальной идеи и ее будущего, то я не до конца поняла, что Вы имели в виду. Мне показалось что Вы подразумевали идею национальной идентичности.

Если это так, что это, на наш взгляд одно из самых тупиковых направлений. Из этой идеи уже отжали почти всю пользу и недостатки в ней теперь перевешивают достоинства. Что-то еще, наверное, поотжимают, но ее судьба решена.

Абстрактный, но красочный пример: мир единоборств.

В этой области можно увидеть разнообразных поклонников «национальных стилей» – русских, китайских или афро-бразильских.

Но, как примерно говорил великий Брюс Ли:

И коль скоро такой не возникло, национальные стили – это всего лишь традиция, которая некогда была выражением имеющегося на тот момент максимума информации, а теперь – выражением стремления законсервироваться в некоем минимуме.

И сейчас, пока одни совершают многозначительные телодвижения в косоворотках или другой вышедшей из употребления одежде, другие просто плюнули на все эти традиции и рамки, осваивая все, что только возможно.

В результате отказ от культурной и национальной идентичности в этой сфере привел к появлению нового многочисленного сообщества и новой идентичности – к появлению мира смешанных единоборств, представители которых способны иного традиционалиста едва ли не на молекулы распылить.

Даже сейчас есть много куда более продуктивных сообществ, с которыми можно идентифицироваться.

Даже возникшая недавно идея «Русский мир» куда перспективнее идеи «Я русский - какой восторг!».

Даже религиозное братство имеет несравнимо больший потенциал, ибо основано на общем видении мира, а не на процессе размножения, реализованном на ограниченном участке суши.

И научное братство рано или поздно все равно схомячит национальные братства. Культурные, спортивные и прочие братства составят им компанию.

Из нашей жизни...

Был некогда мой благоверный фашистом. Не любил он всяких там евреев, негров и много кого ещё. Да и вообще неславян.

Но когда ты бегаешь, то делаешь дело уж точно не с политическими лозунгами в мыслях, а когда тщательно изучаешь свои действия – то тем более.

И когда однажды ты будешь сидеть рядом с коллегой-нeгpилoй, стараясь, несмотря на языковую разницу, взаимно поделиться ценным и будешь видеть у него колоссальный массив познаний, сравнимых по своему объему и сложности с познаниями профессора культурологии, ты однажды должен будешь либо начать себе жестоко врать, либо признать, что бывает иной негр ближе, чем брат-cлавянин. И что с ним у тебя намного больше общего чем с собственными болельщиками.

Кстати, штрих: когда начались все эти допинговые скандалы, более-менее всерьез их восприняли почти исключительно болельщики, до сих пор делящие свои симпатии по отношению к спортсменам по странам проживания.

Сами спортсмены прекрасно понимали, что к чему и выражали пострадавшим своё сочувствие. Те же американцы по отношению к русским, хотя старались это и не афишировать.

Будущее захватит не тот, кто сформирует национальную идею для русских (или кого-то ещё), а тот, кто предложит идею, понятную и близкую не только русским, но и всем и каждому. Или почти всем.


Идентичность нужна ради общего дела, которое она позволит сделать более продуктивным, а не ради культа самой идентичности.


Культ той или иной идентичности нужен только человечеству, которое ничем не занято и, соответственно, не понятно зачем вообще нужно.

На каждую национальную идентичность найдется другая - столь же бестолковая, которая закончится тем, что люди просто будут, словно малые дети, идентичностями меряться, доказывая друг другу, что быть, скажем, чеченцем - куда больший восторг, чем русским, или, боже упаси, осетином.

Некоторые именно этим по сей день и живут. Им тоже кроме этого жить больше нечем.

Если Россия ни на что большее, чем национальная идентичность (пусть даже общегосударственная), не сподобится - она не нужна.

Её место с успехом займут другие.

Wiki




Грани

Грани

В мире, где информация — это ключ к власти, рождается новый гигант в онлайн-публикациях, который обещает перевернуть представление о контенте. Да-да, вы правильно прочитали! Грани — это свежий ветер перемен, который уже заявил о себе на горизонте интернета.